Что не так с криптовалютой Цукерберга

Сергей Голубицкий пишет у себя на сайте забавное про поделку Цукера:

В мае 2019 Кристофер Хьюз, бывший подельник Марка Цукерберга по Фейсбуку, опубликовал резонансный донос на своего партнера. Я тогда предположил, что некрасивый демарш напрямую связан со слухами о том, что «Фейсбук вот-вот запустит собственный блокчейн с криптовалютой, причем в худшем для финансового истеблишмента и государства исполнении: подобно TON (Telegram Open Network) блокчейн и токен Фейсбука — Libra — будет реализовываться по модели государства в государстве — собственная неподконтрольная стабильная монета, собственная экосистема торгово-закупочных отношений, собственные денежные переводы в любую точку мира, конвертация валют и поощрение пользователей за участие в рекламной деятельности».

Не прошло и месяца, как слухи исполнились. Либра триумфально явила себя миру, но, увы, в обличии химеры: львиную голову олицетворял консорциум инвесторов, представленный гигантами финансового истеблишмента; драконий хвост нервно пульсировал, будто заигрывая с криптовалютами и блокчейном; туловище козы досталось самому Марку Цукербергу.

Метафора химеры не случайна, потому что Либра, после официальной презентации, уже вторую неделю держит в недоумении все заинтересованные слои общества: и финансовый истеблишмент, и политиков, и криптотусовку и рядового потребителя. Не удивительно, что восторженные отзывы соседствуют с язвительными комментариями, осторожные призывы приглядеться и подождать – с «не читали, но осуждаем».

В любом случае, повод достоин того, чтобы в нем разобраться.

Всё началось в 2014 году, когда Фейсбук попросил бывшего президента PayPal Дэвида Маркуса возглавить проект по развитию приложения Messenger. У Маркуса сложились крепкие связи в криптологической тусовке, он числился консультантом криптобиржи Coinbace, поэтому со временем он возглавил и новое блокчейн-направление в компании Цукерберга.

Полагаю, именно присутствие в команде людей подобных Дэвиду Маркусу способствовало навязыванию криптологической терминологии проекту, который ни одним местом с реальными криптовалютами не пересекается.

В английском юридическом языке есть выразительное слово – misnomer, которым обозначают имена, искаженные в документации. Либра – идеальный misnomer. Нам сказали, что это криптовалюта с собственным блокчейном. В реальности деньга Цукерберга является криптовалютой не больше, чем 10-я Лотерея Осоавиахима 1935 года. Что касается блокчейна Либры, то в нем нет ни блоков, ни чейнов (цепочек), потому что это вообще не блокчейн, а распределенный реестр, который использовали в корпоративном бизнесе лет за 20 до того, как мир впервые услышал имя Сатоши Накамото.

Дальше больше. В полноценном блокчейне гарантия невмешательства центра и отсутствия внешнего влияния обеспечивается статусом инклюзивности (permissionless), который позволяет любому желающему подключиться к системе, стать нодом (узлом) и контролировать транзакции, не спрашивая на то ни у кого разрешения.

Распределенный реестр Либры эксклюзивный (permissioned), поэтому к контролю допущены не ноды, а официально уполномоченные валидаторы – как, впрочем, только и принято в традиционной банковской системе.

В настоящее время у Либры 27 валидаторов, среди которых числятся такие видные борцы с финансовым истеблишментом как Visa, MasterCard, PayPal, eBay, Uber и Vodafone. За право разруливать транзакции псевдокриптовалюты каждый из валидаторов инвестировал в развитие проекта 10 миллионов долларов.

Да что там валидаторы: в реестре Либры вообще нет ни одного азбучного признака полноценных криптовалют и блокчейнов. Он не децентрализован, не открыт, не публичен, не устойчив к цензуре, не нейтрален, не безоткатен и ни трансграничен.
В общем, если кому-то еще кажется, что Либра напоминает криптоанархическую вольницу, разрешаю бросить камень в Цукерберга.

А теперь главное: от того, что Либра не является криптовалютой, она не перестает быть привлекательной! В техническом отношении Либра реализует и даже развивает многие технологии, заимствованные из криптоэкономики: алгоритм достижения консенсуса в процессе валидации транзакций — LibraBFT — основан на классическом BFT (решении задачи византийских генералов); проприетарный язык программирования Move обслуживает “умные контракты” (smart contracts) и логику их транзакций; информация в распределенном реестре защищается криптографическим “деревом Меркла”; участники сделок идентифицируются псевдонимами и т.д.

Задействованные прогрессивные технологии греют душу не только акционерам Либры, но и всему мировому финансовому истеблишменту, который давно пытается подстроить под собственные нужды технические решения криптоэкономики. Именно этим – адаптацией нового к старому – Либра и занимается.

Посмотрим теперь, как различные слои общества отреагировали на анонс «криптовалюты» Цукерберга. Сенаторша Максин Уотерс, возглавляющая в Палате общин США комитет по финансовым услугам, потребовала наложить мораториум на продвижение Либры до полного изучения вопроса законодателями.

Министр финансов Франции Брюно ле Мэр прямо заявил, что Евросоюз не допустит, чтобы токен Либры превратился в суверенную валюту.

Член Европарламента из Германии Маркус Фербер предостерег Фейсбук от превращения в «теневой банк».

Председатель комитета Госдумы по финансовому рынку Анатолий Аксаков уверил, что использование Либры в качестве платежного инструмента в РФ будет запрещено.

Либра, впрочем, не в претензии, ибо четко знает свое место в мировом истеблишменте: почти одновременно с анонсом проекта представитель компании заявил, что услуги не будут предоставляться в странах, на которые распространяются американские санкции, а также там, где правительства не жалуют альтернативные денежные системы. Например, в Индии, которая, в теории, вполне могла бы стать ключевым бенефициантом Либры.

В Индии проживает 260 миллионов пользователей Фейсбука, при этом банковские счета использует незначительная часть населения. Казалось бы, идеальное сочетание. Тем более, что основная социальная миссия Либры, заявленная в вайтпейпере – предоставлять финансовые услуги жителям планеты, лишенным возможности пользоваться традиционным банкингом.

У Либры, однако, нет и никогда не будет возможности реализовывать собственные проекты без оглядки на старших по званию.
Криптоэкономика изначально была задумана как альтернатива существующей в мире финансовой системы, и это обстоятельство не может не вызывать враждебную реакцию со стороны банковского истеблишмента и политических элит, этот истеблишмент обслуживающих.

Однако у криптовалют есть серьезный щит, защищающий их от потенциальных репрессий – это уже помянутая децентрализация, инклюзивность и публичность блокчейна.

Либра со своим псевдоблокчейном лишена элементарных средств защиты от внешнего давления: вот он – офис, вот – дата-центр, вот – сервер, вот – доменное имя. Приходи, распоряжайся, регулируй, арестовывай, штрафуй. Стоит ли удивляться, что Фейсбук, чья капитализация превышает полтриллиона долларов, привлек, тем не менее, к начальному финансированию представителей финансовых элит? Просто Цукерберг трезво оценил ситуацию: Либре не позволят откусить кусок от чужого пирога без участия в проекте хозяев этого пирога!

Реакция криптосообщества на анонс Либры оказалась неоднозначной. Скептики стали издеваться над потугами деньги Цукерберга выдать себя за криптовалюту. Романтики размечтались о том, как широкие народные массы, оценив на примере Либры потенциал использования альтернативных денежных систем для трансграничных переводов, обратят, наконец, свои взоры на полноценные криптовалюты, предлагающие аналогичный функционал, однако, без регистрационного рентгена, обязательного для Либры. Эйфория дошла до того, что известный любитель рубить матку правды (а по совместительству — большой друг Russia Today) Макс Кайзер в твите припечатал Цукерберга титулом “полезного идиота Сатоши Накамото”.

Всё это, конечно, наивный идеализм. Я много раз уже указывал на явное несоответствие маргинальных идеалов криптоанархистов и киберпанков чаяниям народных масс. Народные массы в гробу видели идола Криптономикона – Анонимность. Народным массам главное, чтобы было удобно. Поэтому если с неанонимной, централизованной, интегрированной в мировую банковскую систему Либрой будет удобно, Джон-Вася-Жан-Хуан ни за какие коврижки не полезет в криптоджунгли. Тем более, когда СМИ денно и нощно льют ему в уши ужасы про бинладенов, скупающих педофилов за биткоины.

У Либры, тем не менее, может появиться реальный конкурент. Разумеется, это не биткоин, а дуровский TON/Gram, который обещают запустить на полгода раньше самой Либры. Дело в том, что TON/Gram, хоть и не блюдет безупречно заповеди кошерного блокчейна, тем не менее, соответствует, в отличие от Либры, криптовалютному канону. При этом набор сервисов TON/Gram, по крайней мере тех, что заявлены в технической документации, выглядит разнообразнее Либры.

В заключении несколько слов о том, чем может обернуться Либра для пользователя, не страдающего криптоанархистскими фобиями. Такой пользователь извлечет из Либры море удовольствий. В отличие от PayPal и прочих яндексденег Либра – не бесполезная в наши дни цифровая наличность, а полноценный шлюз для фиатных валют. Это означает, что трансграничные денежные переводы в экосистеме Фейсбука (социальная сеть, Instagram, Whatsup и Messenger) будут как минимум быстрее, проще и дешевле, чем при использовании традиционных каналов.

Но и это еще не все. Вы наверняка заметили, что в акционерах Либры числятся VISA и Mastercard. Резонно предположить, что подвижки в оптимизации денежных переводов в Либре окажут прямое влияние и на ключевых операторов мейнстримных финансовых систем. Еще один жирный плюс для рядовых пользователей.

Для традиционных финансовых элит Запада Либра — полезный первопроходец, тестирующий технологии, которые рано или поздно будут адаптированы бизнесом этих элит.

Единственные проигравшие в этой истории — это властные элиты государств, находящиеся в концептуальной (Россия, Иран, Сев. Корея) и экономической (Китай) оппозиции к западной цивилизации. Равно как и страны, до сих пор не излечившиеся от колониального синдрома и оттого усматривающие в любых технологических инновациях угрозу национальной независимости (Индия). Для всех них Либра — непрошеный раздражитель, поэтому ничего, кроме запретов от адептов исторического самоогораживания ожидать не приходится.

Источник материала
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Proper на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@newru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

Читайте также:

новые старые
На почту
Gena
Gena

И знову пирамида, и знову кака бычна…

ZIL.130
ZIL.130

Гэта в тебе унутреняя концептуальная оппозиционность гогорит.
Уотт када просветлееш лицом, купиш Теслу, сядеш на Гиперлуп под солпанелями с паверволом — вот тада те откроеца чудесный Новый Мiръ!

Базилевс
Базилевс

Фаербол без кальвадоса — все одно что пердолИт на ветер…

Небритое прямоходящее
Небритое прямоходящее

А с кальвадосом — так полный файербол.

Ոሉαዙҿτα ಭҿҝҿሉҿʓяҝα〄
Ոሉαዙҿτα ಭҿҝҿሉҿʓяҝα〄

В Тэсле на Луну.
Пробный запус к жэж был ужо. Все виделе как оне летело и музыка игралО.
))

Чтобы добавить комментарий, надо залогиниться.