«Кремниевая долина» против Лукашенко

Когда в Белоруссии начались протесты, первоначально казалось, что для них просто нет социальной базы. Однако выяснилось, что база есть. И появилась она тогда, когда Батька вырастил себе на голову свою «Кремниевую долину».

Вот что на этот счёт писали в Инете:

Попытка переворота — это не война с рядом сражений, а восстание, здесь отступать нельзя, так как противник на длинной дистанции заведомо сильнее. Главное преимущество оппозиции — это внезапность ударов и лавинообразность поддержки масс. Если они исчерпали себя, быть поражению, а восстание становится мятежом, с которым рано или поздно власть расправится.

Сейчас протесты перешли в стадию бессмысленных хождений, а-ля французские жилеты, организаторы, видимо, рассчитывают на какую-нибудь провокацию и новый подъем. Но этому почти наверняка не бывать.

С общеисторической точки зрения в Беларуси разыгрывается попытка установления прозападного правительства с целью создать плацдарм для борьбы с Россией и Китаем — главными конкурентами теряющего вес гегемона. Независимая Беларусь не нужна никому: ни Европе, ни США, ни даже РФ.

С конкретно-исторической точки зрения социальной базой переворота стали недовольные граждане страны, уставшие от Лукашенко и распропагандированные «западными ценностями». Они верят, что скинув Батьку, Беларусь превратится не во вторую Украину, а в своего рода «IT-Швейцарию».

Изначально Лукашенко говорил, что протестуют безработные и люди с криминальным прошлым. «Нет работы, значит, гуляй дядя по улицам и проспектам». Белорусское ТВ в рамках этого заявления выпускало сюжет за сюжетом об участии в протестах бывших сидельцев и разных хулиганов. Но всякому вменяемому человеку очевидно, что десятки тысяч протестантов в Минске не могут быть безработными и зеками. К слову, во всей Беларуси официально зарегистрировано всего около 10 тысяч безработных, а фактически тех, кто ищет работу, — около 150 тысяч человек.

Позже, в интервью российским журналистам, Лукашенко изменил свою позицию на куда более прозорливую: «Это похоже на элемент мелкобуржуазной революции, — сказал он, — у нас появились буржуйчики, у нас появились богатые люди, у нас появились айтишники, которых я создал вот этими ручищами, предоставив им такие условия, которые нигде никто не может предоставить лучше. Эти новые категории неплохо живут… в особняках… и им захотелось власти».

О каких условиях толкует Лукашенко? Он говорит, прежде всего, о так называемом парке высоких технологий, который он создал в рамках «цифровизации экономики». У нас, когда речь идет о «цифре» и высоких технологиях, возникает скорее ухмылка из-за «Сколково», «Йотафона» и Дмитрия Медведева, который символизирует высокие технологические стремления российского государства при отсутствии вменяемого результата. Однако, как выяснилось, Батька и не Медведев.

У нас в стране начали обращать внимание на Беларусь в сфере высоких технологий только после ошарашивающего открытия, что не только сгущенка, картошка и яблоки, но и MAPS.ME, Masquerade, World of Tanks, EPAM, Viber — продукция «Батьки-колхозника». Секрет успеха был достаточно прост — политическая воля диктатора + полное освобождение от налогов, которые были заменены 1% сбором с выручки. В итоге в Беларуси появилась дающая $2,3 млрд экспорта компьютерных услуг (0,4% ВВП) Кремниевая долина Восточной Европы, с которой работают почти треть компаний из списка Fortune Global 200. И всё это своими силами.

Всё это красивые вещи: блокчейн, «танчики», «Вайбер», но что конкретно дает стране этот технопарк? Ведь если разобраться, то 1% сбора с выручки — это копейки. НДФЛ и сборы с зарплаты в парке тоже снижены в 2-3 раза, в итоге бюджет толком и не пополняется. Причем в парке расцветают зарплаты в конвертах, многим работникам платят на карточки литовских банков. Поступления из технопарка в 2019 году составили 0,7% бюджета Беларуси. А огромные прибыли, которые парк генерирует, улетучиваются в частные руки, зачастую иностранные, в реальный сектор Беларуси капиталы не перетекают. Государственных IT-гигантов, созданием которых у себя занимались китайцы, в Беларуси не наблюдается. Более того, никаких прорывных технологий, ценных собственно для общественного производства, в белорусском технопарке не создано.

Кроме репутационных плюсов, Беларусь получила только рабочие места. Правда, этих рабочих мест оказалось относительно много — в технопарке работает более 60 тысяч человек. Это примерно столько же, сколько на БелАз, МАЗ, МТЗ, Беларускалии и БМЗ вместе взятых.

Средняя зарплата айтишника в Минске — $2000 — в четыре раза выше средней по стране. Так что Лукашенко действительно создал достаточно крупный мелкобуржуазный слой наемных работников с высокими зарплатами. Это объясняет, почему, лупцуя дубинкой очередного белорусского стартапера на улице, омоновцы с зарплатой $400 кричат: «Сколько вам, с…а, заплатили? Сколько ты зарабатываешь? Тебе что, мало? Перемен захотел? Сейчас будут тебе, с…а, перемены».

Такая вот «классовая ненависть наоборот» — ведь обычно протестуют голодные, а бьют их сытые.

История краха СССР показала, что технари — люди очень умные в своих областях — оказываются крайне глупыми в вопросах общественных, в определении сущности власти. Обитатели академгородков были самими последовательными сторонниками рыночных отношений. А когда в Россию пришел рынок во всей его красе, эти академики были вынуждены массово идти торговать носками на рынок. Вот и белорусскую молодежь из технопарка обрабатывали годами, внушали им миф о том, что если избавиться от «последнего диктатора Европы», вся страна заживет, как Швейцария

Впрочем, Лукашенко и сам виноват в том, что молодежь из сферы IT повернулась против него, потому что он с ней не работал. Он сосредоточил свое внимание на рабочих, колхозниках, учителях, инженерах.

Кроме того, у лукашенковского режима нет никакой вменяемой программы развития общества в долгосрочной перспективе. Это режим, который возник и существует пока что только ради выживания, ради сохранения советских осколков производства и хоть какого-то уровня жизни в условиях независимости между большим Западом и большим Востоком. Многие айтишники сегодня уже видят, кто стоит за организацией свержения Лукашенко. Начинают догадываться, к чему это может привести. Сейчас и Лукашенко и айтишникам нужно серьезно задуматься, прежде всего, над стратегической перспективой развития белорусского общества. Куда идет страна, и как сделать это движение более планомерным, направленным, пропорциональным.

Источник материала
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Proper на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@newru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

Читайте также:

6 Комментарий
старые
новые
Встроенные Обратные Связи
Все комментарии
Чтобы добавить комментарий, надо залогиниться.