Ограниченный ядерный удар стал допустимым

Уход эпохи политиков, видевших большую войну, делает ограниченный ядерный удар уже вполне допустимым.

Студия Радио Свобода выложила запись эфира встречи военных экспертов, посвященного возможным последствиям отказа мирового сообщества (на самом деле только США) от соблюдения условий договора о ракетах средней и меньшей дальности. И хотя сам по себе источник, мягко скажем, спорный, однако поднятая им тема является безусловно важной.

На протяжении полувека ядерное оружие являлось главным элементом военного сдерживания, не позволявшего сторонам перейти к кардинальному решению спорных вопросов исключительно через боевые действия. Теперь мир меняется. Во-первых, разрушается конструкция ранее достигнутых международных соглашений, во-вторых уходит плеяда политиков, достаточно хорошо видевших, что такое настоящая война, а новые думают иначе.

К примеру, на предлагавшуюся Советским Союзом политику разрядки международной напряженности США пошли не из внутреннего пацифизма. Просто неоднократно проводимое Пентагоном и другими ведомствами моделирование показывало, что удержать любой конфликт в рамках только тактического ядерного оружия невозможно технически. Противники могли позволить себе победить или проиграть где-то на периферии, но в случае столкновения в Европе игра немедленно становилась состязанием с нулевой суммой. Поражение означало не чисто спортивное признание результата, оно гарантировало запуск процессов разрушения государства, как системы. Со сменой элит, базовых принципов общества и даже физического исчезновения с карты.

Как все могут видеть, после Югославии сегодня не осталось вообще ничего. В случае аналогичного геополитического поражения, Соединенные Штаты распадутся по югославскому сценарию. Даже если внешняя сила не будет их бомбить. Следовательно, как только одна из сторон вплотную приблизится к роковой черте, она неизбежно пустит в ход стратегические ядерные ракеты. Политики с обоих сторон сей момент понимали не просто хорошо, многие из них мясорубку большой войны видели лично и рисковать повторить увиденное снова не хотели. Во всяком случае, без железной гарантии победы в такой войне.

Однако сегодня сменилось уже два поколения элит, для которых война является чем-то абстрактным. Периферийные конфликты, это да, они понятны, их показывают по телевизору, про них снимают зрелищное кино и пишут компьютерные игры. Но случиться дома они, во-первых, в принципе не могут. А даже если до них и дойдет, то кто выйдет победителем — заранее ясно.

Во-вторых, само ядерное оружие больше не воспринимается вестником конца света. Мир ведь не умер после Чернобыля, да и нынешние Хиросима с Нагасаки прекрасно возродились на прежнем месте. Следовательно, если использовать не слишком большие ядерные боезаряды, то, в целом, их применять можно. Главное – придумать схему, удерживающую конфликт от эскалации к стратегическому уровню.

Сопутствующий ущерб значения не имеет. Зато может быть использован для пользы дела. Например, ряд американских военных и политиков считают реализуемым следующий сценарий. Между РФ и США возникает война, ограниченная пространством Европы. Так как танки НАТО дальше Ростова не рвутся, а российские голубые, краповые и черные береты не штурмуют Белый дом, у сторон не возникает необходимости обмениваться стратегическими ударами, даже если кто-то (а то и все) прибегнут на фронте к ядерным боезарядам тактического уровня. Глобальная ядерная зима от них не наступит, а вот полезные перспективы откроются, причем вне зависимости от того, кто технически там победит.

Глобальное поражение России автоматически приведет к внутреннему политическому кризису правящей элиты и расколу общества. При этом страна дальше распадется как бы сама, без внешнего военного вмешательства, а значит и без повода отстреляться «Сарматами» и «Булавами» по США.

С другой стороны, в случае победы, Москва, как победитель, окажется вынуждена брать на себя ответственность за поддержание порядка и хотя бы минимального материального обеспечения огромной территории, дотации на которую практически наверняка подорвут российскую экономику, ее если не обрушив, то, по крайней мере, точно застопорив какое бы то ни было развитие.

И даже в случае ничьей Европа превращается в огромные, много где прилично фонящие, структурные развалины, населенные полумиллиардом голодных и весьма агрессивных людей, которым бежать, кроме как на восток, больше некуда. Они и побегут, заодно сметая на своем пути государство как институт. Побегут не как армии, спасаться из Европы хлынет волна беженцев. Самых разных. В том числе вооруженных, злых и очень решительно настроенных.

В любом варианте развития событий, оставшиеся далеко в стороне США оказываются в выигрышном положении. Европа прекращает существование и как геополитический конкурент, и как потенциальный стратегический союзник России, и как возможная экономическая колония Китая. Также из игры выключается Россия и все сегодня на нее замкнутые или замыкающиеся страны. Дальше можно делать что угодно. Китай не станет вмешиваться, даже если Вашингтон явным образом вторгнется, например, в Мексику и устроит там натуральный геноцид. Равно как никто в Белом доме не захочет ставить на карту всё ради какого-нибудь Тайваня. По крайней мере, в теории.

К счастью, мир между ключевыми геополитическими силами в течение полувека держался не столько на межконтинентальных баллистических ракетах, сколько на нерушимой готовности руководства ведущих стран решительно пустить их в ход при наступлении конкретно обозначенных условий, наплевав на любые последствия. Наглядный тому пример – Карибский кризис.

Упоминаемый экспертами недавний конфликт между Индией и Пакистаном показывает, что со времен советских ракет на Кубе в геополитике не изменилось абсолютно ничего. Хотя два региональных противника настроены категорически против друг друга, пока война между ними не затрагивает принципиальности вопроса выживания государства, обмениваться стратегическими ядерными ударами они не собираются.

Следовательно, в который уже раз, подтверждается старая, как мир, истина, само оружие мало что решает, определяющей является рука, которая его держит. И психологическая готовность воина его применить, основанная на четкости понимания условий, когда это следует сделать. Все остальное – лишь наличие способности нанести противнику для него точно неприемлемый ущерб.

Именно осознание неотвратимости неприемлемых последствий и служит фундаментом, сохраняющим мир на планете. Договора его лишь оформляют внешне. В Вашингтоне о допустимости ограниченной ядерной войны в Европе могут мечтать сколько угодно, но пока существует неуклонная решимость России «в случае чего отработать не только по Европе, но и по центрам принятия решений в США», мечты по-прежнему останутся лишь пустыми фантазиями.

Источник материала
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Proper на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@newru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

Читайте также:

  Подписка  
новые старые
На почту
Anunah
Anunah

На Восток побегут? А вдруг да и поплывут на Запад?))) Голодные, злые и вооружённые…

Ванёк26
Ванёк26

Побежать то они может и побегут…
Но зима у нас ранняя…

Базилевс
Базилевс

Логично. Хотя мы и не собираемся присоединять никого и ничего даже в случае победы.