Политолухи публичной политики

Слово «политолог», вместе с прочими ненужными словами, появилось в России в 90-ых. В первые годы считалось синонимом словосочетания «политический аналитик». Чуть позже произошло разделение.

Аналитик не был публичной фигурой. Его тексты предназначались конкретным заказчикам. Заказчиками были не только федеральные власти, но и региональные администрации, и крупный, и верхушка среднего бизнеса. Причиной такой востребованности было существование в стране «публичной политики». Сиречь – политики (как внешней, так и внутренней), в значительной мере формировавшейся под влиянием парламентских партий и региональных же администраций, находившихся под контролем различных олигархических групп, что делало ее крайне противоречивой и малопредсказуемой.

Любой бизнес, начиная с рыночных ларьков и заканчивая внезапными гигантскими корпорациями «друзей Чубайса и Шохина», был жизненно заинтересован в сколь-нибудь правдоподобных краткосрочных (а в идеале – и среднесрочных) политических прогнозах, и заказывал эти прогнозы, как только дорастал до возможности подобных трат.

В списке приоритетов траты на политические прогнозы занимали среди непрофильных расходов, пожалуй, первое место. Прогнозы долгосрочные, разумеется, были невозможны по определению. Причем в прогнозах нуждались и те группы, которые сами – через парламентских и админстративных содержанок – эту политику формировали. Разведслужбы корпораций переживали период становления, и полной картиной происходящего их владельцы не обладали.

Отсутствие же реальной федеральной власти вынуждало региональных руководителей вести практически суверенную политику, ограниченную лишь интересами олигархичских групп, содержавших и контролировавших всех этих мэров и губернаторов – вследствие чего сами мэры и губернаторы тоже становились заказчиками политических прогнозов.

Между тем, фрагменты политического пазла находились в открытом доступе по нескольким причинам. Напрочь разрушенная система государственной безопасности – Москва тех лет представляла собой шпионский рай похлеще межвоенного Стамбула. Абсолютная безответственность временщиков, неожиданно для самих себя оказавшихся на вершинах власти, и выбалтывавших в пьяном угаре практически все. Свобода СМИ (разумеется, за исключением, опять же, сферы интересов владельцев самих СМИ), радостно вываливаших читателю как результаты охоты на подобную пьяную болтовню, так и сливы и контр-сливы противоборствующих политических и финансовых групп.

Если учесть, что целый пазл приходилось не просто складывать из сотен и тысяч кусочков, но и распознавать и отбрасывать фейковые «сливы», предназначенные как раз для дезориентации противников – работа аналитика была довольно непроста – почему и оплачивалась соответствующим образом. Рейтинг специалиста складывался по результатам работы и был хорошо известен заинтересованным лицам, в отличие от широкой публики.

Каждый ошибочный прогноз его существенно понижал. Когда дело доходило до того, что, из-за обнулившегося рейтинга, заказов конкретному аналитиков больше не поступало – ему приходилось переходить в публичную сферу, выдавая свои прогнозы с газетных страниц и телевизионного экрана, довольствуясь гонорарами, очень высокими с сегодняшней точки зрения, но несравнимыми с оплатой прогнозов закрытых. Вот этих газетных и телевизионных болтунов и фантазеров, в итоге, и стали именовать «политологами».

Одной из гримас эпохи, кстати, стало то, что социология, как наука, выжила тогда во многом благодаря частным лицам – аналитикам. Полное отсутствие действующей научной, а не агитационной социологии, вынуждало их заказывать исследования в интересующих сферах на свои деньги.

Сегодня же мы живем во времена, когда принятие значимых решений происходит в атмосфере полной закрытости. Во внешнем мире это произошло несколько раньше. Собственно, мы переселились в XVIII век, в эпоху «кабинетной политики». Порождаемая Интернетом иллюзия открытости полностью соответствует аналогичной же иллюзии той эпохи, порожденной недавно возникшими газетами.

Политическая аналитика, как сколь-нибудь широкий рынок труда, приказала долго жить, что парадоксальным образом радует самих бывших аналитиков. Поскольку свидетельствует о том, что «на бывшей советской территории», которой была Россия 90-ых, установилась какая-никакая власть – а трезвые люди, понимающие, что их временные высокие доходы являются следствием масштабной катастрофы, которая, в конечном итоге, неизбежно ударит и по ним самим, и по их семьям, составляли в этой среде большинство.

Все они переменили род занятий, а прежняя привычка ответственно относиться к своим словам приводит к тому, что прогнозируют они что-либо крайне редко – в условиях закрытости какой-либо информацией обладают только люди, имеющие доступ к кремлевским инсйдам.

Зато «политологи» не заметили никаких перемен. Они все так же конкурируют в газетах и на сайтах с сочинителями гороскопов и прочищателями чакр. Все так же самозабвенно токуют, на радость невзыскательной публике.

Ну и хорошо, наверное… Без них, и в самом деле, только читателей гороскопов прибавится.

Материал: https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=10206714907743674
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Proper на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@proru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

Читайте также:

Кстати, по этому поводу сразу вспомнилось: Жизнь с деньгами может быть и не очень хорошей, но без них она таки совсем плоха.

Комментарии о материале

На почту
avatar
Сортировать по:   новые | старые
Ванёк26
Ванёк26

Годное псто.

Базилевс
Базилевс

Это что же, всякой публичный обозреватель — непременно шарлатан и проходимец? О горе нам!!((

Henren
Henren

Он может быть и специалистом. Но все равно проходимец.