Технотупик цивилизации 2

Как известно специалистам, искусственный интеллект базируется на триадном потенциале: аппаратно-коммуникационной инфраструктуре, программно-алгоритмическом оснащении и больших структурированных и неструктурированных данных, пополняемых в режиме реального времени.

Бесспорно, в отличие от подавляющего большинства научно-технологических кластеров, в сфере аппаратно-телекоммуникационной инфраструктуры за последние 30 лет произошли поистине революционные сдвиги. В соответствии с законом Мура, 30 лет происходило экспоненциальное наращивание мощностей компьютеров и пропускной способности телекоммуникационной магистрали при стремительном удешевлении единицы мощности.

Параллельно, интернет позволил впервые в истории человечества получить, по сути, полные, пополняемые в режиме онлайн архивы поведения как групп различной размерности, так и отдельных индивидуумов. Причем последние три-четыре года с появлением интернета вещей эти архивы стали охватывать не только мысли, интересы, желания или действия в интернет-среде, но и любой поступок и более того, движение в физической реальности.

Цифровой мир, о наступлении которого возвестил несколько лет назад глава Google Э. Шмидт – это не только единство виртуальной и физической реальности, но и, прежде всего, мир тотальной осведомленности хозяев платформ обо всех и каждом.

Что же касается программно-алгоритмического оснащения, то, по большому счету, оно представляет собой совершенствование решений и разработок, сделанных еще в XX веке. Это относится и к принципам машинного обучения, и к нейронным сетям, и к распознаванию образов на основе построения полных комбинаторных таблиц, и к анализу структурированной и неструктурированной информации. Поскольку прорывных открытий в прикладной математике в XXI веке не сделано, то соответственно алгоритмическое ядро современного софта сложилось и существовало в основных чертах еще в период разработки программ «Сократ» и соответствующих советских. Просто 30-40 лет назад эти алгоритмы не являлись машиноисполняемыми программами. У компьютеров не хватало мощности для полных комбинаторных вычислений.

В конечном счете, естественно, огрубляя, можно сказать, что искусственный интеллект базируется, прежде всего, на возможности вычисления количественных зависимостей и отношений между огромным и все возрастающим числом переменных. В этом сила и слабость нынешнего искусственного интеллекта.

Искусственный интеллект уже сегодня способен гораздо эффективнее человека решать любые комбинаторные, счетные задачи, а соответственно распознавать стабильные образы, искать корреляции между огромным числом переменных, выбирать нужную информацию в огромных массивах данных.

Ограничением сегодняшнего, да и завтрашнего искусственного интеллекта, является то, что, будучи порождением математики, он не способен помочь в решении противоречивых и динамических задач, где имеет место переход количества в качество. Математика работает только с непротиворечивыми и количественными системами.

В изложенном нет какого-либо умаления достижений искусственного интеллекта. В человеческой практике, согласно расчетам исследователей, как видим, 75-80% задач относится к рутинным, выполняемым, что называется, инстинктивно, на автомате, в рамках наперед заданных условий и норм.

В пределе искусственный интеллект может успешнее человека решать все эти задачи. Главное, чтобы были сформулированы условия и определены параметры. Даже самый лучший компьютер, обыгрывающий человека в шахматы или в Го, не способен принять решение о том, что пора закончить играть в Го и перейти к иному виду спорта. Люди старшего поколения прекрасно помнят песню В. Высоцкого о поединке боксера и чемпиона мира по шахматам. Вот эта песня для компьютера принципиально непонятна.

Не только в социальных медиа, но и в серьезной научной периодике, в кулуарах правительств, на международных и на закрытых национальных совещаниях вот уже несколько лет множатся обещания, что еще чуть-чуть и искусственный интеллект определит, как вылечить рак, сконструирует наиболее экономичный космический корабль или разгадает тайну глобального климата. Однако внимательные аналитики понимают, что все это надо делить даже не на два, а на гораздо больше.

Бесспорно, мощнейшие комбинаторные возможности искусственного интеллекта позволяют решать все более широкий круг задач. Однако, искусственный интеллект сегодня – это не только маркер прорывных разработок, но и прежде всего маркетинговая марка.

Каждые три-четыре года в информационных технологиях появляется новая фишка, на которую клюют инвесторы и вкладывают миллиарды даже не напечатанных, а генерируемых как электросигналы долларов, евро, юаней и тугриков. Только за последние 10 лет мейнстримом являлись социальные сети, большие данные, экспертные когнитивные системы, типа «Watson», искусственный интеллект. Буквально сейчас продолжается хайп блокчейн-технологий, а в двери стучится сверхновый лейбл дополненной реальности.

Все эти направления реальны и, бесспорно, серьезно меняют жизнь, бизнес и гражданское общество. Однако все они, несомненно, являются обещаниями, которые исполняются далеко не полностью и сменяются новыми посулами. Пожалуй, лучшей метафорой современного общества является Изумрудный город, где гудвины стараются заработать друг на друге.

В условиях технотупика и безальтернативной стагнации реальной экономики, прикрытой ростом фиктивного капитала в виде курса акций и т.п., искусственный интеллект используется всеми лидерами гонки не в реальной экономике, а в управлении обществом, в обеспечении незыблемости устоев глобального Изумрудного города.

Если мы внимательно посмотрим на тенденции развития, а главное, практического применения наиболее мощных систем искусственного интеллекта, то неизбежно придем к выводу, что он используется в странах-лидерах для если не лишения, то, по крайней мере, существенного ограничения возможностей выбора для граждан этих государств.

Наиболее ярко и выпукло это демонстрирует проектируемая к полному запуску в конце 2020 года система Социального кредита в Китае.

В настоящее время в Китае разворачивается мощнейший парк искусственных интеллектов, которые будут обрабатывать информацию, получаемую от сотен тысяч камер наружного наблюдения, десятков миллионов планшетов, смартфонов, компьютеров.

Эти системы будут контролировать все электронные платежные транзакции, внимательно наблюдать посредством интернета вещей не только за онлайн, но и за реальным оффлайн поведением граждан.

В зависимости от результатов граждане еженедельно будут получать определенные баллы, своеобразные оценки своего поведения с позиций соответствия целям и нормам китайского общества. На Западе эту систему уже прозвали оруэлловским Большим братом.

Однако по факту это не вполне так. Дело в том, что вся китайская жизнь пропитана конфуцианской традицией с приматом государства, общества, старших в повседневной жизни личности.

Без такого примата китайский социум не смог бы выжить на ограниченной естественными преградами территории в течение тысячелетий. В этом смысле искусственный интеллект системы Социального кредита – это фактически материализация, а точнее информатизация свойственных каждому китайцу конфуцианских заповедей.

Общество при суженом выборе – это не только китайская прерогатива, обусловленная исторической традицией. Это — одновременно реальность Соединенных Штатов, Великобритании, а в перспективе и других европейских стран.

Недавно на русский язык была переведена одна из наиболее влиятельных книг XXI века, работа консультантов Президента США и Премьер-министра Великобритании — К. Санстейна и Р. Таллера — «Nudge. Архитектура выбора”.

В дословном переводе Nudge – это подталкивание. Фактически речь идет не о подталкивании, а о незаметном, или как пишут авторы «мягком» принуждении к выбору одного определенного варианта из нескольких.

В настоящее время система Nudge опробуется более чем в 40 странах мира, но наиболее изощренные и эффективные формы разработаны и практически используются именно в США и Великобритании.

Это неудивительно. Вот уже как минимум 25 лет население всех экономически развитых стран, и в первую очередь уже упомянутых, ежесекундно через интернет, а также телевидение мягко принуждается к покупке тех или иных товаров или услуг. Не зря маркетинг и реклама уже давно являются важнейшими секторами экономик многих стран, а в структуре цены товара расходы на принуждение к покупке занимают от 15% до 40%.

Кредитная экономика потребительства и поведенческая пассивность неразрывно связаны между собой.

Поколения потребителей, сформированные глобальной деструкцией последних 30 лет, когда мировое общество впитало в себя все недостатки капитализма, реального социализма и даже предшествующих формаций, включая феодализм и рабовладение, это – люди, все более и более уклоняющиеся от выбора.

Собственно, маркетинг и реклама построены на эксплуатации стереотипов, привычек, элементарных эмоций и желаний. Nudge представляет собой просто следующий шаг в лишении населения как в форме потребительской массы, так и электората, возможности реального выбора.

Он, в отличие от традиционного маркетинга, эксплуатирует не только привычки и социальные стереотипы, но и особенности человеческого поведения, групповые инстинкты и свойственные всем людям в той или иной степени леность и отсутствие желания размышлять и напрягаться.

Позволим себе высказать одну неожиданную гипотезу: широко раздуваемая вот уже два года история с вмешательством России в выборы в США является отвлекающим маневром от массированного использования технологии Nudge для манипулирования политическим поведением американских избирателей.

Дело в том, что в ходе избирательной кампании 2016 года впервые масштабно штабом Д. Трампа были использованы Nudge-технологии. По оценке серьезных аналитиков, именно они склонили в пользу Трампа выбор традиционно демократических штатов «ржавого пояса» и принесли ему победу в коллегии выборщиков, при том, что в общенациональном голосовании он проиграл два миллиона голосов Х. Клинтон.

Американцы, и об этом свидетельствуют серьезные, продвинутые ресурсы, всерьез задумались об опасностях Nudge и о том, что искусственный интеллект не когда-то в будущем, а уже сегодня лишает свободы выбора рядовых граждан не только в экономической, но и в политической сферах.

Таким образом, искусственный интеллект, как показано на примере Китая и США, используется в первую очередь для нужд социального управления, превращения буржуазных демократий и авторитарных социалистических режимов в техноэкономические алгоритмические общества.

В этих обществах население работает, принимает участие в политической жизни и даже организует свою повседневность в соответствии с алгоритмами, которые реализуются через платформы, типа Amazone или Uber, управляемых искусственным интеллектом на основе больших как обезличенных, так и персональных данных.

Источник материала
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Proper на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@newru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

Читайте также:

новые старые
На почту
ZIL.130
ZIL.130

Пока читал, подумал — ннада, панимаиш, ввести понятие социальной ДНК. В которой отражаются все стадии когда либо проходимые обществами. Социальная эволюция — вот это вот всё. Хммм, общества перепрыгнувшие сразу к капитализму или к социализму — не имеют неких «социальных мутаций». Гибриды, метисизация общественных строев, ассимиляция.
Целая новая дисциплина намечаеца.
Коллегиметика.

Ванёк26
Ванёк26

Это почему не имеют? Что за субъективное мнение? Что за огульная эталонизация?

ZIL.130
ZIL.130

Ну как почему — вот исследуешь ты ДНК и видишь, что каких то мутагенов там нет, а в другой — есть. Чё — всё равно гогореть, шо оне таки есь? Шоп никаго не обидеть?

Ванёк26
Ванёк26

Я к фразе придираюсь что кто капиталист аль сациализд мутаций не имеет.
Где статьи? С гьяфикаме?

ZIL.130
ZIL.130

Не, точнее будент Коллегинетика.

Hmm4
Hmm4

1. Всё что автор пишет про искусственный интеллект, можно пропускать. Например:
«Искусственный интеллект уже сегодня способен гораздо эффективнее человека решать любые комбинаторные, счетные задачи»
— компьютеры ВСЕГДА решали комбинаторные и счётные задачи эффективнее человека. ИИ просто по определению не используется для таких задач.
2. Последние 20-25 абзацев вообще про социологию и управление, а не про науку/технологию.

Ванёк26
Ванёк26

Слово то модное. А я вот ни разу так и не услышал внятного определения ИИ. И каково количество систем полностью подходящих под определение.

Hmm4
Hmm4

У меня есть своё, внятное. Но многих разочаровывающее:
ИИ — набор алгоритмов и методов для решения сложных, слабо-формализированных задач, не поддающихся решению с помощью классических математических алгоритмов.

Здесь надо уточнить: «сложный» — значит невозможно решить тупым перебором за разумное время (< 1 года) на существующих компьютерах; "слабо-формализированных" — невозможно точно описать задачу за 2-3 дня; "классический алгоритм" — разработанный до 80х годов прошлого века.

Базилевс
Базилевс

+++

Loki
Loki

ИИ это:
Я(когда лениво) + мой сервер[а] + инет + кг.шоколада + мясо +гранатовый сок
Биос и базовые алгоритмы в голове. Методы в инете. Электроны в системнике. Питание от какао-бобов.
Заказы на «убить всех человеков» принимаются по пятницам..