Американские танки в Красной армии

Интересное интервью ветерана Великой Отечественной войны Дмитрия Федоровича Лозы. В годы войны Дмитрий Федорович был танкистом, однако воевать ему пришлось не на отечественных машинах, а на танках английских и американских.

— Дмитрий Федорович, на каких американских танках вы воевали?

— На Шерманах, мы их звали Эмчи — от М4. Сначала на них стояла короткая пушка, а потом стали приходить с длинным стволом и дульным тормозом. На лобовом листе у них стояла подпорка, для фиксации ствола во время марша. В общем, машина была хорошая.

— Дмитрий Федорович, у вас в части были только американские машины?

— Шестая танковая армия воевала на Украине, в Румынии, в Венгрии, Чехословакии и Австрии, а в Чехословакии закончила. А позже нас перебросили на Дальний Восток и мы воевали против Японии. Напомню, что армия состояла из двух корпусов: 5-го Гвардейского танкового Сталинградского корпуса, он воевал на наших Т-34, и 5-го механизированного корпуса, где я служил. До 1943 года в этом корпусе стояли английские танки Матильды и Валентайн. С конца 1943 года мы перешли на американские Шерманы. После Кишиневской операции наш корпус стал 9-м Гвардейским. Я дополню о структуре — каждый корпус состоял из четырех бригад. В нашем мехкорпусе было три мехбригады и одна танковая бригада, где я воевал, а в танковом корпусе было три танковые бригады и одна мотострелковая. Так вот, в нашей бригаде с конца 1943 года поставили Шерманы. Шерман был гораздо лучше англичан в плане ремонтопригодности. Знаете, что одним из конструкторов Шермана был русский инженер Тимошенко? Это какой-то дальний родственник маршала С.К.Тимошенко.

Высокое расположение центра тяжести было серьезным недостатком Шермана. Танк часто опрокидывался на бок, как матрешка. Вот благодаря этому недостатку я, возможно, и остался жив. Воевали мы в Венгрии, в декабре 1944 года. Веду я батальон, и на повороте мой механик-водитель ударяет машину о пешеходный бордюр. Да так, что танк перевернулся. Конечно, мы покалечились, но остались живы. А остальные четыре мои танка прошли вперед — и там их сожгли.

— Дмитрий Федорович, у Шермана была резино-металлическая гусеница. Некоторые современные авторы указывают это как недостаток, поскольку в бою резина могла выгореть, тогда гусеница разваливалась и танк останавливался. Что вы можете сказать по этому поводу?

— С одной стороны, такая гусеница — это большой плюс. Во-первых, у такой гусеницы срок службы вдвое больше обычной, стальной гусеницы. Боюсь ошибиться, но, по-моему, срок службы траков Т-34 был 2500 километров. Срок службы траков у Шермана был свыше 5000 километров. Во-вторых, Шерман по шоссе идет как автомобиль, а наш Т-34 так громыхает, что его за черт знает сколько километров слышно.

А минус резиновой гусеницы: даже при небольшой гололедице танк становился, как корова на льду. Тогда нам приходилось обвязывать гусеницы проволокой, цепями, забивать туда болты, чтоб хоть как-то можно было ездить. Но это произошло только с первой партией танков. Увидев это, американский представитель сообщил об этом на фирму, и уже следующая партия танков пришла с дополнительным комплектом траков с грунтозацепами и шипами. Грунтозацепов было, по-моему, по семь штук на гусеницу, то есть всего 14 штук на танк. Они лежали в ящике ЗИП.

Вообще у американцев работа была поставлена четко, всякий замеченный недостаток устранялся очень оперативно.

Еще один недостаток Шермана — конструкция люка механика-водителя. У Шерманов первых партий этот люк, расположенный в крыше корпуса, просто откидывался вверх-вбок. Механик-водитель открывал его часто, высовывая голову, чтобы лучше видно было. Так у нас были случаи, когда при повороте башни, пушкой задевали люк и он, падая, сворачивал шею водителю. Один или два таких случая у нас было. Потом это устранили и люк приподнимался и просто сдвигался в сторону, как на современных танках.

Еще один большой плюс Шермана заключался в подзарядке аккумуляторов. На нашей тридцатьчетверке для зарядки аккумулятора нужно было гонять двигатель на полную мощность, все 500 лошадей. У Шермана в боевом отделении стоял зарядный бензиновый мотоблок, маленький, как мотоциклетный. Завел его — и он тебе зарядил аккумулятор. Для нас это было великое дело!

Уже после войны, я долгое время искал ответ на один вопрос. Если загорался Т-34, то мы старались от него отбежать подальше, хотя это запрещалось. Боекомплект взрывался. Некоторое время, с полтора месяца, я воевал на Т-34, под Смоленском. Подбили командира одной из рот нашего батальона. Экипаж выскочил из танка и немцы зажали их пулеметным огнем. Они залегли там, в гречиху — и в это время танк взорвался. К вечеру, когда бой затих, мы подошли к ним. Смотрю, командир лежит, а кусок брони размозжил ему голову. А вот когда Шерман сгорал, то снаряды не взрывались. Почему так?

Однажды на Украине был такой случай. Меня временно поставили на должность начальника артснабжения батальона. Подбили наш танк. Мы выпрыгнули из него, а немцы зажали нас плотным минометным огнем. Мы залезли под танк, а он загорелся. Вот мы лежим и некуда деться. А куда? В поле? Там немцы на высотке все простреливают из пулеметов и минометов. Лежим. Уже в спину жар печет. Горит танк. Мы думаем — всё, сейчас бабахнет и тут будет братская могила. Слышим, в башне бум-бум-бум! Ага, это бронебойные вышибает из гильз: они же унитарные были. Вот сейчас огонь доберется до осколочных и как ахнет! Но ничего не случилось. Почему так? Почему наши осколочные рвутся, а американские нет? Если кратко, то оказалось, что у американцев более чистое ВВ.

— Считается достоинством то, что Шерман изнутри был очень хорошо выкрашен. Так ли это?

— Хорошо — это не то слово! Прекрасно! Для нас тогда это было нечто. Как сейчас говорят — евроремонт! Это была какая-то евро-квартира! Во-первых, прекрасно покрашено. Во-вторых, сидения удобные, обтянуты были каким-то замечательным особым кожзаменителем. Если танк твой повредило, то стоило буквально на несколько минут оставить танк без присмотра, как пехота весь кожзаменитель обрезала. А всё потому, что из него шили замечательные сапоги! Просто загляденье!

— Дмитрий Федорович, в каждом Шермане, приходившем в СССР было личное оружие для экипажа: автоматы Томпсона. Я читал, что это оружие разворовывалось тыловыми частями и до танкистов практически не доходило. Какое оружие было у вас: американское или советское?

— К каждому Шерману поставлялось два автомата Томпсона. Калибр 11,43 мм — здоровый такой патрон! Но автомат был дрянной. Было у нас несколько случаев. Ребята, на спор, одевали на себя пару ватников, отходили, в них стреляли. И в ватниках эта пуля застревала! Вот такой был автомат говенный. Вот немецкий автомат со складным прикладом (имеется ввиду пистолет-пулемет MP-40 фирмы Эрма) мы любили за компактность. А Томпсон здоровый — с ним в танке не развернешься.

— На Шерманах стояли зенитные пулеметы. Ими часто пользовались?

— Не знаю почему, но одна партия танков приходила с пулеметами, а другая — без. Этот пулемет мы использовали и против самолетов и против наземных целей. Против самолетов использовали нечасто потому, что немцы тоже не дураки были: бомбили либо с высоты, либо с крутого пике. Пулемет хорош был на 400-600 метров. А немцы бомбили, наверное, метров с 800 и выше. Он бомбу кинул и быстро ушел. Попробуй его, собаку, сбей! Так что использовали, но неэффективно. Мы даже пушку использовали против самолетов: ставишь танк на склон холмика и стреляешь. Но общее впечатление — пулемет хороший. Эти пулеметы нам очень помогли в войне с Японией — против смертников. Стреляли так много, что пулеметы раскалялись и начинали плеваться.

— Запирали ли вы люки во время боев в городе?

— Мы запирали люки обязательно. Вот у меня, когда я в Вену ворвался, танк забрасывали гранатами с верхних этажей зданий. Я приказал загнать все танки в арки домов и мостов. А свой танк вынужден был время от времени выводить на открытое место, чтоб расправить штырьевую антенну и связаться по рации с командованием. Радист и механик-водитель возились внутри танка, а люк оставили открытым. И сверху кто-то бросил в люк гранату. Она взорвалась на спине у радиста и оба погибли. Так что в городе мы люки закрывали обязательно.

— Основной поражающей силой кумулятивных боеприпасов, к которым относились и фаустпатроны, является высокое давление в танке, поражающее экипаж. Если люки держать приоткрытыми, то появлялся шанс уцелеть.

— Это верно, но люки мы все равно держали закрытыми. Может, в других частях было по-другому. Все же фаустники били в первую очередь по двигателю. Танк загорался, хочешь не хочешь из танка выпрыгнешь. А тут они уже расстреливали экипаж из пулемета.

— Какой шанс выжить, если танк подбивают?

— 19 апреля 1945 года в Австрии меня подбили. Тигр прошил нас насквозь, снаряд прошел все боевое отделение и через двигатель. В танке было три офицера: я как комбат, командир роты Саша Ионов, у него танк уже подбили, и командир танка. Три офицера и механик-водитель и радист. Когда Тигр нас прошил, то погиб механик-водитель, мне разбило всю левую ногу, справа от меня Саша Ионов, ему правую ногу оторвало, командира танка ранило, внизу под ногами у меня сидел командир орудия Леша Ромашкин, ему обе ноги оторвало. Кстати, как раз незадолго перед этим боем, мы как-то сидели, ужинали, и Леша сказал мне «Если мне ноги оторвет, то я застрелюсь. Кому я буду нужен?» Он детдомовский, никого родных не было. И вот действительно, судьба распорядилась. Вытащили Сашу, вытащили его, и стали помогать выбраться остальным. И в этот момент Леша застрелился. А вообще, обязательно одного-двух человек либо ранит, либо убьет. Смотря, куда снаряд попадет.

— Получали ли солдаты и младший комсостав на руки какие-нибудь деньги? Зарплату, денежное пособие?

— По сравнению с регулярными, не гвардейскими, частями в гвардейских частях рядовой и сержантский состав до старшины включительно получали двойной оклад, а офицеры — полуторный. Например, мой командир роты получал 800 рублей. Когда я стал комбатом, то получал не то 1200 рублей, не то 1500 рублей. Не помню точно.

— Какое вознаграждение полагалось за уничтоженный танк, пушки и пр.? Кто определял это или существовали жесткие правила поощрения и награждения? При уничтожении танка противника, награждался весь экипаж или только отдельные его члены?

— Деньги давались на экипаж и делились поровну между членами экипажа. В Венгрии, в середине 1944, года на одном из митингов мы решили, что все деньги, которые нам причитаются за подбитую технику, мы будем собирать в общий котел и потом отсылать семьям погибших наших товарищей. И вот уже после войны, работая в архиве, наткнулся на подписанные мною ведомости о передаче денег семьям наших друзей: три тысячи, пять тысяч и так далее. В районе Балатона прорвались мы в тыл к немцам, и так получилось, что мы расстреляли немецкую танковую колонну, подбили 19 танков, из них 11 тяжелых. Много автомашин. Всего нам засчитали уничтоженных 29 боевых единиц техники. Мы получили за каждый подбитый танк 1000 рублей.

Источник материала
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Proper на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@proru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

Читайте также:

Кстати, по этому поводу сразу вспомнилось: Старики видят меньше, но смотрят дальше.
Сортировать по:   новые | старые
Gena
Gena

Отличная Книга «Танкист на иномарке».Там Лоза более подробно расписал весь боевой путь и послевоенное обустройство.

горшок
горшок

Брехня какайта. Томспсон фуфайку не пробъёт, ее травмат и то пробивает. Этот дедушка скореё всего поваром служил а тоб слыхал про мокрую боеукладку.(С середины 1944 года танк получил новую конструкцию боеукладок, которые были перенесены на пол боевого отделения, в промежутки между гнёздами снарядов заливалась вода, смешанная с антифризом и ингибитором коррозии. Такие танки получили в обозначении индекс «(W)», и внешне отличались от более ранних вариантов отсутствием дополнительных бортовых бронеплит. «Мокрая» боеукладка имела значительно меньшую склонность к возгоранию при поражении бортов танка снарядами, а также при пожаре.) Ну а про кумуллятивную струю это вобще анти научный анегдот. саперы впокатуху лазают.

горшок
горшок

19 апреля 1945 года в Австрии меня подбили. Тигр прошил нас насквозь, снаряд прошел все боевое отделение и через двигатель. В танке было три офицера: я как комбат, командир роты Саша Ионов, у него танк уже подбили, и командир танка. Три офицера и механик-водитель и радист. Когда Тигр нас прошил, то погиб механик-водитель, мне разбило всю левую ногу, справа от меня Саша Ионов, ему правую ногу оторвало, командира танка ранило, внизу под ногами у меня сидел командир орудия Леша Ромашкин, ему обе ноги оторвало.
Очень интересная траектория снаряда. в шермане механик слева наводик справа он сидел слева оторвало левую а тому справа правую. снаряд похоже по танку лётал туда сюда и вылете через выхлопную трубу. Чем нас токо не пичкают эти горе писаки. Proper ты то в это веришь сам?
Три офицера и механик-водитель и радист. Откуда взялся командир орудия?

Ρωσία
Ρωσία

Горшочек, вари))

Ρωσία
Ρωσία

{Откуда взялся командир орудия?}
Из танка))
внизу под ногами у меня сидел командир орудия….
Снаряд вначале облетел низ, потом верх, а потом в движгатель
Ыыы

wpDiscuz