Еще один анекдот о битве при Садове-Кёниггрец, раз уж сегодня юбилей. С началом австро-прусской войны в свиту к прусскому королю Вильгельму І напросился князь Герман фон Пюклер-Муксау.

Это один из богатейших помещиков Пруссии, филантроп и меценат. Во время наполеоновских войн служил в саксонской и прусской армиях, был назначен командовать летучим отрядом русской армии, во главе которого занял город Брюгге. После войн посвятил себя путешествиям и ландшафтному дизайну, хотя формально оставался на военной службе, и к 1866 году числился прусским генерал-майором.

Вильгельм I поддерживал приятельские отношения с князем, поэтому дозволил ему присутствовать в своей свите.

Первые дни похода Пюклер-Мускау был бодр, но потом возраст взял своё — всё же на тот момент ему шёл 81-й год.

И утром 3 июля 1866 года, открывающем битву при Садовой, с ним случилась оказия — адъютант и денщик не смогли добудиться дедушку.

Вроде ничего страшного. Проспал старый генерал ключевое сражение войны. Бывает. Но почему-то этот факт на несколько дней стал главным поводом для острот в свите короля.

Вильгельму было обидно за друга, и он приказал, как можно быстрее отчеканить медаль за участие в битве при Кёнигграце. Как только первая партия медалей была доставлена, то король, при полном сборе свиты и полевого штаба, первым вручил её Пюклер-Мускау.

Вообще битва Садове-Кёгграце со странностями, австрийцы имели все возможности как минимум не проиграть это сражение, а по ходу даже появились варианты победы. Но император Франц Иосиф I решил, что лучше проиграть.

PS. Вообще это только историки-алкоголики думают, что «император Франц Иосиф I решил, что лучше проиграть». А в реальности прусская военная машина насовала в панамку австрийцам таких концов, что слону было бы больно.

Причем сказалось не только преимущество организации и управления, но еще и превосходство в технологиях.

В битве при Садове большинство прусских солдат было вооружено казнозарядными игольчатыми винтовками Дрейзе, благодаря унитарному патрону обладавшими гораздо более высокой скорострельностью, чем австрийские дульнозарядные ружья. В артиллерии прусаки тоже обладали значительным техническим преимуществом, поскольку у них уже были скорострельные нарезные казнозарядные стальные полевые орудия Круппа С/61 и С/64. Австрийские полевые орудия времен битвы при Садове тоже были нарезными, но — бронзовыми и дульнозарядными, соответственно, они перезаряжались гораздо дольше, чем прусские, и обеспечивали намного более низкий темп стрельбы.

Пушка С/64 с усовершенствованным затвором на лафете образца 1864 года. Механизм затвора использовал конструкцию с цилиндро-призматическим клином и обтюрацией (герметизацией) с помощью колец Бродвелла — латунных шайб, расширяющихся под давлением и надёжно герметизирующих казённую часть. Горизонтальное скользящее двойное клиновое устройство затвора двигалось поперёк оси ствола для открытия и закрытия камеры.

На этом пруссаки австрийцев и сожрали.

Кстати, именно Крупп создал русскую нарезную артиллерию. Без него царские министры еще долго бы палили из гладкоствольных единорогов. К сожалению, казнокрады затем принялись проталкивать французские системы Шнейдера-Крезо, и это здорово затормозило прогресс нашей артиллерии.