Решил прочитать финалистов литературной премии “Дар”. Я уже говорил, что это такая премия, которую создали эмигранты для эмигрантов, а точнее для всех, кто пишет на русском языке, вне зависимости от того, где он это делает.

Вроде как исключительно талантливые люди оказались вдали от русского литературного процесса, а потому выстраивают этот процесс во вне. Название “Дар” сообщает нам о том. что все они непосредственные наследники Владимира Набокова, разумеется.

Купить удалось четыре книги из двенадцати. Там неясная система отбора кандидатов — есть только финалисты, из этих финалистов большая часть издана где-то не в России и даже в электронном виде доступна не совсем. Но это ничего. Четыре из двенадцати — это тоже выборка. Начнем.

Анастасия Вепрева, Роман Осминкин, «Коммуналка на Петроградке».

Молодая пара — она художница и куратор, он поэт и, что неоднократно подчеркивается, член Союза писателей Петербурга — живет в коммуналке и ведет блог, в котором описывает быт и соседей.

Естественно, в коммуналке алкоголики с белой горячкой, несчастные бедные нечистоплотные люди, невоспитанные дети, текущие потолки, плесневелые разводы, склочные бабки, красноглазые курящие геймеры, очередь в туалет и всеобъемлющая нищета.

Книга предваряется десятистраничным эссе на тему потенциальной этичности антропологического исследования. Дело в том, что авторы-рассказчки равны своим биографическим единицам и работают совмещая блог, этнографический нарратив и автофикшн.
Значит, вокруг кошмар, а молодые люди читают Фуко, Тынянова и Витгенштейна, принимая в гостях фотографов из The Village.

Проблемы у людей примерно такие — очередь убираться в кухне, а не хочется, унитаз шатается, ёршик куда-то пропал, сосед починил шланг от душа, надо ему как-то отдать пятьдесят рублей, повесили карниз — это совместный расходы, с каждого из этой пары по 490 рублей.

Но какие вопросы действительно ставят перед читателем авторы? Почему вы, авторы, такие инфантильные и бедные? Вот какие. Почему вы не можете починить унитаз, почему вы не можете вымыть пол, почему вы не можете не бояться своих деклассированных соседей? Почему вы живете в этой коммуналке, в конце концов? Хорошо, вас окружает автохтонный страшный народ со своими убогими проблемами. Но вы — вы образованные, независимые, фрондёрствующие, мыслящие люди — почему вы не можете заработать сорок тысяч рублей и снять на двоих квартиру? Я не спрашиваю, зачем вы погружаете в коммунальный ад читателя — это интересная тема описания кошмара типичной российской действительности. Но почему вы сами в это погружаетесь и живете в этом годами?

Пишете вы хорошо, почему вы не можете жить хотя бы сносно, и вместо этого пытаетесь нормализовать паттерн бытового неизбежного страдания? Проблема то не в том, что вы сначала были вынуждены жить в коммуналке, а потом, видимо, где-то за пределами России, а в том, что вы намеренно пытаетесь ввергнуть самих себя в те условия, из которых удобнее всего страдать. И страдать не потому что это имманентно свойственно природе человека, а потому что вам удобней быть убогими и угнетаемыми. Бедностью, режимом, мироустройством вообще. И вот вы вешаете карниз и делите пополам тысячу рублей, потому что для одного эти расходы совершенно немыслимы. И это ваш литературный материал.

Конечно, описано это все примерно в таких выражениях — “Применительно к нашему опыту по созданию коммунальных сказов, мы могли бы сказать, что изначально не являлись авторами, решившими занять позицию рассказчиков, переняв их видение и язык. Наши языковые компетенции внутри коммунального топоса деквалифицируются”.

Это правильно, это хорошо. Я вот тоже считаю, что человек должен уметь хотя бы одно из двух — либо починить унитаз самостоятельно, либо заработать деньги на его починку. А со сломанным унитазом сплошная деквалификация компетенций топоса получается.

PS. Если я ничего не путаю, то они ещё, живя в этой коммуналке, «боролись с капитализмом» тем, что воровали продукты в супермаркетах. Что сумму наворованного вычитают из зарплат наемных рабочих, борцам как-то не приходило в голову. В современных условиях «художник», живущий в «коммуналке» — неизбежно дойдет до воровства.