Феминизм как идеология был создан в качестве инструмента военной мобилизации – для вовлечения женской части населения в военное производство и комплектования женщинами нестроевых должностей в армии.

Перед лицом тотальной войны все средства были хороши.

Поэтому феминизм по своей природе – это женоненавистническая идеология, требующая от баб на фронте под пулями раненых таскать и 16 часов в день снаряды у станка вытачивать.

Поэтому феминизм — национально детерминированная идеология – любая британская суфражистка в 1914 году полжизни бы отдала за то, чтобы все немецкие бабы разом сдохли, немецкая суфражистка была такого же мнения о британских бабах.

Поэтому украинское фемсообщество в 2014 году радостно визжало про «самку колорада с детенышем» – убитых артиллерией ВСУ девушку с девятимесячной дочкой.

Поэтому какая-то верховная грузинская феминистка на днях выступила в защиту местного самбиста, который избил девушек за русский язык.

Поэтому рупоры глобального феминизма помалкивают, когда украинские спецслужбы делают из женщин террористок-смертниц.

На войне феминистская идеология требует не жалеть баб, особенно чужих, да и своих тоже – бабы новых баб нарожают.