ГДР, которую мы потеряли
В 1957 году будущий нобелевский лауреат, а тогда нищий журналист Габриэль Гарсия Маркес отправился на Фестиваль молодежи и студентов в Москву, прицепившись к колумбийскому фольклорному ансамблю.
Маркесу, на тот момент радикальном левому, было интересно посмотреть, как устроены социалистические государства.
Дорога шла через Германскую Демократическую Республику, которая его откровенно разочаровала: он побывал в Восточном Берлине и Лейпциге, где, как иностранец, смог посетить заведения, закрытые для обычных граждан ГДР. Вот что он написал в путевых заметках «90 дней за железным занавесом»:
«На Востоке Германии существует паразитическая социальная категория: «экспроприированные». Это буржуа времен Гитлера, чьё имущество было национализировано с выплатой компенсации. Очень немногие приняли должности, которые правительство предложило им в их прежних бизнесах. Они предпочли жить на ренту в надежде, что режим рухнет.
Правительство основало роскошные отели, бары и рестораны для иностранных делегаций, где еда и напитки стоят целое состояние. Поскольку эти места очень дорогие для простого народа, только «экспроприированные» могут их посещать, и правительство в восторге, потому что это способ вернуть компенсации.»
Про отдельные, «валютные» магазины, бары и рестораны – это не новость, такая практика существовала по всему соцлагерю, служила витриной благополучия, а также точкой сбора валютной выручки.
(на фото в заголовке: валютный магазин «Intershop» в Восточном Берлине, в нём особенно умиляют советские кассовые аппараты «Ока»)
А вот про класс «экспроприированные» я услышал впервые. Кто бы мог подумать, что в социалистической стране допустили существование рантье. Но, оказывается, они действительно были. И их было много.
С 1950 года ГДР в несколько волн национализировало бизнес и недвижимость, выплачивая компенсации бывшим владельцам – суммы для недвижимости рассчитывались исходя из метража, без учета престижности расположения, компенсации рассчитывались не из оборотов, а исходя из численности сотрудников. Бывшим владельцам бизнеса часто предлагали занять руководящую должность в национализированном предприятии. Компенсации разом перечислялись на сберегательные книжки, но снимать можно было лишь ежемесячно ограниченную сумму.
Последняя волна национализации с выплатой компенсаций пришлась аж на 1972 год, были экспроприированы все частные предприятия с более чем 10 сотрудниками, всего в ГДР на тот момент таких было 11500. После этой волны численность восточногерманских рантье, живущих исключительно на выплаты от государства за национализированную собственность, достигла по разным оценкам 16-18 тысяч человек.
В целом, ситуация уникальная для соцлагеря. В СССР, понятно, при национализации никто никому ничего не выплачивал – не расстреляли, и уже радуйся. Чехословакия, Венгрия, Румыния, Болгария и Польша выплатили компенсации только иностранным компаниям, потерявшим инвестиции — и то, только через суды.
А вот педантичные немцы были акуратными и честными. Но, как мы видим — их честности никто не оценил.