Старому миру не устоять, как бы кому ни хотелось обратного. Будущее, как говорили известные писатели-фантасты, не будет хорошим и не будет плохим — оно будет другим. Нам, скорее всего, непонятным.

Мне порой тоже ужасно хочется присесть на воображаемый край скалы, с которой виден гибнущий мир:

За время, прошедшее с «ковида», закрылось до 800 ночных и поздних кабаков только в районе Кембриджа (не считая не открывшихся), и до 500 в самом даже Лондоне. У них катастрофически упала посещаемость, плюс зумеры атакуют муниципалитеты, что им шумно, и те не могут не реагировать. Но ведь ночные кабаки — питательная среда молодых музыкантов, так сказать, битлоинкубаторы. Поэтому перестраивается и индустрия новых групп и исполнителей, полностью переходя на спотифаи и, конечно, на ИИ, лишаясь последних остатков живого голоса.

Зумеры не бухают. Почти не трахаются, и вообще удивительно мало интересуются сексом. Не играют на громких музыкальных инструментах в заблёванных клубах. Наши родители были бы счастливы, если б мы росли именно такими, но в нас эта юная поросль отчего-то вызывает настороженность. Не удержат они всё то, что мы им оставим. Прогадят.

Но, конечно, и зависти тоже чуть-чуть есть. Или не чуть-чуть. Нам ведь надо было очень много выпить, чтобы посередь жизни что-то понять — занятие чудовищно утомительное и ресурсоёмкое. Да, я играл на поганой «Тонике» в тех самых клубах, а сейчас у меня стоят в комнате недостижимые для тех лет гитара и бас, а техника вот только-только дошла до тех возможностей, когда я в одно лицо, воткнув любой из этих инструментов в ноутбук, могу за пару часов сделать аранжировку любой сложности — но возраст рок-звезды уже прошел, мне это всё уже не нужно.

Зачем эти клубы («битлоинкубаторы»), зачем репетиционные точки, где ты объясняешь странным телам, как нужно сыграть твой гениальный замысел, чтобы в итоге тебя услышали десять обрыганов? Да «Спотифай» в сто раз лучше!

Про секс вообще молчу. Сколько дров наломано, драм пережито и морд разбито вокруг этого, так-то весьма тривиального вопроса. Но мы уже столько положили на этот алтарь, что останавливаться поздно.

А ещё — что такого мы им передали? Они уже воюют на наших войнах, и это только начало. Это не зумеры, а именно мы, моё поколение, получив в руки беспрецедентное количество свобод, прогадили их. Это мы, а не зумеры, обделались от страха в ковид. Это европейское университетское старичьё придумало толерантно-политкорректную гниль, «критическую теорию» и обоссанную «деколонизацию», которую уже не нам, а именно зумерам придётся расхлебывать.

И у них получится. Потому что они крутые. Точно — круче нас. Но им придётся трудно. И всё, на что я надеюсь — это на их великодушие. Что не будут поминать нас уж слишком дурным словом.

А кому теперь легко?