К середине прошлого десятилетия Куба сильно улучшила свою систему пассажирского транспорта, которая во времена «особого периода» девяностых годов была настоящим кошмаром. Позади остались тяжёлые времена с часовыми ожиданиями, обмороками на остановках, дисциплинированными очередями, продвигавшимися на 2-3 человека после подхода набитого до отказа автобуса. Городской общественный транспорт на Кубе стал вполне сносно функционирующей системой, со своими проблемами и недостатками, но довольно достойной, если вспомнить, что речь идёт о небогатой развивающейся стране.

Автобусный парк время от времени пополнялся новыми партиями транспорта, в основном китайского, а также белорусского и российского производства. Так, будучи в январе этого года на Кубе, я увидел в местных новостях сюжет о прибытии новой партии автобусов «Ютонг» для улучшения общественного транспорта Гаваны и других городов, и тем же вечером смог убедиться в его правдивости, сев в новый, с иголочки, ещё пахнущий краской «Ютонг» маршрута П-16, скорее всего, заканчивающий свой первый рабочий день.

Уже тогда, в январе, я услышал про иногда возникающий дефицит горючего на коммерческих заправках для частников, но на общественном транспорте Кубы тяжелейший кризис в союзной Венесуэле – основном поставщике нефтепродуктов, уже несколько лет не выполнявшем в полном объёме своих обязательств перед Гаваной, в то время ещё не сказался. Однако, в течение года ситуация ухудшилась. Администрация Трампа, в рамках громогласно объявленного наступления против левых правительств Латинской Америки, весь год вводила дополнительные санкции против Кубы. Последовательно отменялись выпущенные администрацией Обамы разрешения на посещение Кубы американскими гражданами, на заход в кубинские порты американских круизных судов, уменьшались позволенные суммы переводов родственникам на Кубу, озвучивались угрозы в адрес сотрудничающих с Кубой иностранных компаний.

Данные меры, хотя и наносят ущерб, но не могут, при всём желании Трампа, вызвать катастрофических последствий в кубинской экономике, которая, находясь под американскими санкциями, преодолела ужасный кризис, вызванный развалом соцлагеря, и переориентировала свою экономику на различные источники валютных поступлений – от канадского и европейского туризма до оказания медицинских услуг в четырёх десятках развивающихся стран.

Однако удар американской администрации по морским перевозкам нефти на Кубу привёл к более серьёзным и очевидным последствиям. Неофициальный шантаж компаний, владеющих работающими с Кубой танкерами, начался, видимо, несколько месяцев назад. А в сентябре Министерство финансов США официально объявило о том, что в случае обнаружения под американской юрисдикцией активов четырёх работающих с Кубой судовых компаний Панамы и Кипра, они будут заморожены.

Когда речь идёт о том, что нужно нанести ущерб ненавистной Кубе и доказать, как плохо живётся кубинскому народу при социализме, рьяно отстаиваемые Соединёнными Штатами свобода торговли и святость частной собственности становятся фикцией. Естественно, угроза подобных мер привела к трудностям при поиске перевозчиков нефти для Кубы, потому что у большинства крупных судовых компаний есть активы и интересы в Соединённых Штатах. В условиях, когда поставки нефти из Венесуэлы итак не выполняются в полном объёме, это и привело к нынешнему острому дефициту горючего на Кубе.

Побывав на Кубе в конце сентября, я стал свидетелем ухудшившейся ситуации с горючим. Рядом с АЗС «дежурит» большое количество частных машин – ждут, когда подвезут топливо. На остановках общественного транспорта не в час пик необычно много людей. Редкие автобусы берутся штурмом и идут набитыми до отказа, как в девяностые годы.

Впрочем, Куба в очередной раз показывает пример оперативного реагирования на трудности и достойного сопротивления давлению извне. Правительственным распоряжением любой государственный автомобиль, проходящий мимо переполненной остановки, при наличии в нём свободных мест обязан остановиться и взять попутных пассажиров. В условиях, когда все крупные и средние предприятия страны принадлежат государству, такая мера работает. Стоя на остановке на окраине Гаваны в 11 часов утра в ожидании автобуса, я видел, как дежурившие там полицейские то и дело останавливают государственные машины и сажают туда счастливчиков, оказавшихся рядом с ними.

Государственный транспорт продолжал останавливаться и брать людей и после того, как полицейская машина уехала с остановки. Брать деньги за эту услугу водителям категорически запрещено, и, по отзывам моих гаванских знакомых, данный запрет исполняется. В результате, хотя в течение получаса ни один автобус не подошёл к остановке, количество людей там не увеличивалось и атмосфера не стала отчаянной. Я же, обременённый рюкзаком и компьютерной сумкой, не смог сесть ни на один из двух подъехавших в течение часа «моих» автобусов и в конце концов уехал в центр Гаваны на удачно остановившемся рядом маршрутном такси.

Пожалуй, транспортная проблема в известной степени сплотила кубинское общество. Работа полицейских и специальных транспортных инспекторов на остановках вызывает положительную реакцию кубинцев. Члены ассоциации владельцев электромотоциклов – счастливчиков, которых не затронул дефицит горючего – в один из особо трудных дней выехали на улицы Гаваны и бесплатно развозили людей с переполненных остановок.

Это не решило транспортную проблему, зато продемонстрировало солидарность перед лицом кризиса. В разговорах на остановках, посвящённых нехватке транспорта, я не слышал обвинений в адрес правительства.

Причина кризиса очевидна, и Трамп вызывает на улицах Гаваны ненависть, но также презрение и иронию. «Он же со всеми ссорится – с китайцами, с мексиканцами, с европейцами, со своими. И всем указывает, что им делать. А его никто не слушает. Ну и мы, естественно, тоже», — таков был очень типичный комментарий от пожилого кубинца, подслушанный на остановке в ожидании автобуса.

Администрация Трампа в своих попытках поставить Кубу на колени в очередной раз показала кубинцам, как не правы сладкоголосые «соловьи», поющие о том, что «пора перестать мыслить категориями Холодной войны и говорить об американском империализме», и наглядно им продемонстрировала, где находится их главный враг.

PS. А в это время лучшие люди гуманитарной интеллигенции России переживают за цензуру в России и перебиваются с хлеба на воду:

Да-да, это некий Максим Г (Алкин) и его жена Алка Г в тягостных думах о России и о судьбах.