Тяжелое наследие царского режима
Из дневников Суворина, про тяжелое наследие царского режима: Кавказ раздарен, а потому и не заселён. Пример И. А. Штейнмана. Рассказывает, что приглашены были переселенцы, им нарезаны участки в Ставропольской губернии, но участки эти понадобилось соединить и подарить кому-то.
Переселенцы остались ни при чём, их поместили в оставленную казарму, где развился тиф. Там они все и перемёрли.
Пятигорск: все построено солдатами, рабочих рук нет. Кутаисская губерния очень населена, рабочих достать можно, но это обошли, сочинили какую-то «безлюдную степь», где будто бы можно строить только принудительно, штрафными солдатами.
Тьер и секретарь его поживились на Поти-Тифлисской железной дороге, взяв отступного. Дорога эта наиболее известна за границей благодаря чисто скандальной концессии. Инженер Ж.Франсуа тут работал 4 месяца. Его спросила комиссия, с председателем Барановским и архитектором Невинским, как он думает, полезно ли было бы дальнейшее его пребывание здесь? — Вы сами видите, сколько здесь еще работы. Он продолжал работать — человек деятельный, энергичный. Прошло некоторое время, он спрашивает у компании, сколько ему заплатят за излишние месяцы. — Ничего, говорят. — Как ничего? — Да так, это была ваша добрая воля оставаться. Взбесился, написал докладную записку великому князю Михаилу Николаевичу и явился к нему с ней. — Это у вас план работ? — Нет, план работ помещён мною в безопасное место, у консула, который выдаст его только тогда, когда правительство заплатит мне за излишне проведённое мною за все месяцы. Великий князь в другой раз его не пустил.
Смирнов хлопотал о том, чтобы воды были взяты компанией Морозова, Солдатенкова, Третьякова и других капиталистов, которые готовы были пожертвовать свои капиталы чисто из патриотической помощи. Друг Смирнова Милютин был послан в Тифлис для переговоров, но тут он сошёлся с Байковым, который, будучи товарищем Барановского по училищу правоведения, предложил ему взять (взятку) вместе. Дело было обделано. Первоначальный контракт изменён в пользу Байкова.
Интенданты тут двух родов: одни взятки сами не берут, но всем другим дают брать; другие же сами берут, но другим не дают брать. Кто из них лучше? Но из-за этих двух категорий дело не выходит.
Нападают на Среднюю Азию. Это обетованная страна, где стараются чиновники разобрать земли около железной дороги или купить по 1 руб. за десятину.
Ессентуки. Новая гостиница. 2 этажа. Запах кизяков. В сарае парикмахер, и написано «зал для стрижки и завивки волос».
Минеральные Воды. Вода исчезла. Восстание. Прокламации разбросаны по парку. «Воду или деньги назад».
Граф Евдокимов был грабитель и напоминал Аракчеева. На Железной есть у него хутор. Когда он был правителем, то ему подносили первый арбуз, наполненный червонцами. Хозяйство он заводил так: здесь будет сад. Говорили, здесь солончак. Возите землю. Казаки навезли земли, насадили деревьев. Все это принялось, но, пройдя глубоко, чахло и жахло. Хутор в развалинах. Есть сарай, наполненный ломанными зерносушилками, плугами и проч. Один — ружейными стволами.
В Екатеринодаре среди белого дня из сбытного правления украли часы стенные. Сторож не давал, но вор в него выстрелил, не попал. Полиция не нашла воров. В Пятигорске 6 полицейских и 10 жандармов. Собаки на улицах и три—четыре фонаря.
Прислуга в Железноводске гораздо грубее, чем в Пятигорске, где большею частью солдаты, привычные.
Рабочие на железной дороге. Курды, черкесы, персияне, русский человек подсмеивается, острит, тех выводит это из себя. Столкновения, дошедшие до топоров, из-за белого хлеба. Персияне и другие не могут есть черного хлеба, русские потребовали его себе, им не дали, над ними стали смеяться.
К туземцам внимательны. Чиновник посылается, милиционер, предупреждает, старших является встречать, режут барана, устраивают джигитовку, праздник, являются танцовщицы — им необходимо давать деньги.
Мальцев, имеющий массу земли, говорят, поступил с одним строгим приемщиком так: он велел ему нигде не давать ни лошадей, ни пищи, и несчастный много верст прошел пешком и без пищи.
Что так дороги наши локомотивы? Немножко дороже заграничных — но много хуже их.
Философов, Мейендорф. Тифлисский театр. Субсидия 40 тысяч руб. Кутили с актрисами. По случаю проезда Государя отпущено 40 тыс. руб., а затем оказался долг в 160 тысяч. И что же? Философов и Мейендорф повышены. Философов поет куплеты, играет на разных инструментах, после женится на певице Феррари. Итальянская опера закрылась, потому что предпочли уплатить долг, сделанный Философовым и Мейендорфом.
Левушка Орлов, Донской помещик, промотал в несколько месяцев в нумерах Таманова в Ростове-на-Дону 800 тыс. руб.
PS. Как видите, государь не идиот был — по плану Кавказ должны были заселить русскими крестьянами. Но чиновники и дворяне решили поворовать себе — и так увлеклись, что растащили себе на «подарки» весь Кавказ. Так еще и не хватило — пришлось двинуть армию воевать Среднюю Азию, чтобы и там землицы себе задешево урвать.
Всё это выдавалось за «государственные интересы».
Бред какой то
«Кутаисская губерния очень населена, рабочих достать можно, но это обошли, сочинили какую-то «безлюдную степь», где будто бы можно строить только принудительно, штрафными солдатами.». Да там земля такая,более проклятая,чем ТАЗ….
Страшнее зверя хитрой рыси
Автомобиль из Кутаиси…
Гы,интенданты «обували» самого Ваню Грозного,во время Полоцкого Похода.
Роскошный плакат Совета экономической взаимопомощи (СЭВ):
Страны СЭВ изображены в виде взаимно сцепленных шестеренок.
Но внезапно, шестеренка с надпезью СЭВ блокирует работу всего механизма. Это очевидно любому инженеру.
Более тонкий момент, что и если удалить эту шестеренку — механизм крутиться не будет, потому что шестеренок нечетное количество. Но это уже мало кто сообразит даже из выпускников советских ВУЗов — например, конструкторы ВАЗа точно бы не сообразили.
Да там и шестерёнка с орлом была не всегда рабочая,про всяких со львами вообще мовчу…
Так один всегда куда-то не туда тащит))